Информационный сайт ГК "Tangara"     

 

 

Адрес:
https://t.me/TheTangaraNews
___________________________________________

2024 год Май (May;Puede;可能;مايو)

 

Главная \ Контент-анализ \ Большая война: из прошлого в настоящее

Большая война: из прошлого в настоящее

Большая война: из прошлого в настоящее
Василий Кашин, Андрей Сушенцов Россия в глобальной политике
 
Угроза прямого столкновения великих держав и ядерной войны станет более острой, чем в холодную войну
 
Боевые действия высокой интенсивности на Украине стали крупнейшим по масштабам вовлечённых сил, потерям и продолжительности конфликтом после Ирано-иракской войны 1980–1988 годов. Сравнения с последней правомерны лишь с точки зрения масштаба. Политический характер сегодняшних событий делает их уникальными.
Ирано-иракская война была столкновением региональных держав, причиной которого стали их противоречия. Военные операции возглавляемых США коалиций против Ирака в 1991 и 2003 гг. представляли собой выпады мирового гегемона против ослабленной региональной державы. К тому же к 2003 г. Ирак более десяти лет находился в полной изоляции без возможности закупки и содержания сложных систем оружия. Фолклендская война 1982 г. и грузино-югоосетинский конфликт в 2008 г. происходили в условиях крайнего неравенства сил, что предопределило их скоротечный характер.
Конфликт на Украине – продукт противоречий двух великих держав, США и России. Таким образом, ближайший исторический прецедент у украинского конфликта – война в Корее, завершившаяся почти семьдесят лет назад. Она серьёзно отличалась от конфликта на Украине с точки зрения тактики ведения боевых действий, применяемой военной техники, но в политических аспектах близка к происходящему в наши дни. И в том, и в другом случае великая ядерная держава вынуждена направлять войска на затяжную кампанию с неядерным региональным государством, получающим военную и военно-техническую поддержку от другой, враждебной ядерной державы. И в том, и в другом случае предметом конфликта выступает не столько судьба страны, на территории которой разворачивается театр боевых действий, сколько будущее мирового порядка
Госсекретарь США Дин Ачесон в речи об азиатской политике США в январе 1950 г. оставил Корею за пределами американского «оборонительного периметра» в Азии, призванного противостоять «советскому империализму» Американское вступление в войну было связано со страхом, что победа коммунистов на Корейском полуострове станет началом их победного марша по Азии и далее по миру. Уже после войны эти взгляды были оформлены американским президентом Дуайтом Эйзенхауэром в виде «доктрины домино».
Сейчас с исходом украинского конфликта связано будущее возглавляемого Соединёнными Штатами мирового порядка. Ещё до начала российской специальной военной операции (СВО) госсекретарь Энтони Блинкен заявил, выступая в Совете Безопасности ООН 17 февраля 2022 г., что в конфликте «ставки намного превосходят Украину. Это момент угрозы для жизни и безопасности миллионов людей, а также для основ Устава ООН и международного порядка, основанного на правилах, который обеспечивает стабильность по всему миру» Подобные заявления повторялись неоднократно.
Столь высокие ставки в сочетании с фактором ядерного оружия предопределили характер конфликта. Как и СССР в Корее, США на Украине участвуют собственными вооружёнными силами ограниченным, но весьма существенным образом. Как и в случае с Кореей, это участие осуществляется так, чтобы минимизировать вероятность вертикальной эскалации.
Советский Союз направлял в Корею части и соединения истребительной авиации, зенитной артиллерии и радиотехнических войск. Действуя в тыловых районах, эти силы тем не менее сыграли важную роль в войне. Советские подразделения уничтожили сотни летательных аппаратов вооружённых сил США и американских военнослужащих. Но ещё более важным было стратегическое значение участия СССР в этой войне. Именно советские действия не позволили войскам ООН во главе с Вашингтоном реализовать превосходство в воздухе, нарушить линии снабжения китайских и северокорейских войск, осуществить изоляцию района боевых действий. В итоге развернулась затяжная война со значительными американскими потерями (36 тысяч человек убитыми, более 100 тысяч ранеными) и с неопределённым результатом.
На Украине американские разведывательные спутники, разведывательные самолёты и беспилотники являются частью единого разведывательно-ударного контура, в который входят контролируемые украинцами огневые средства, например, ракетные комплексы. Вероятно, по американскому целеуказанию украинцы наносят большую часть ударов оружием дальнего действия, что ведёт к гибели российских военнослужащих.
Как и в Корее, ограниченное участие враждебной сверхдержавы в боевых действиях не является секретом для другой стороны. Стремление избежать эскалации удерживало американцев в 1950-е гг., оно же удерживает и Россию сейчас от ударов по участвующим в конфликте силам противника. Соединённые Штаты не били по базам советской истребительной авиации, Россия пока не сбивает американские спутники, которыми пользуется украинская система разведки, связи и управления.
 
 
Сегодня сверхдержавы и их ближайшие партнёры, не вовлечённые в военную кампанию напрямую, берут на себя основную нагрузку по снабжению союзников, несущих на себе тяжесть конфликта.
 
 
На это расходуются значительные ресурсы. По данным Кильского института мировой экономики, внешняя помощь Украине с января 2022-го по май 2023 г. составила 165 миллиардов евро, и цифра продолжает расти.
Денежные расходы Советского Союза на Корейскую войну нам неизвестны. Значительную часть направлявшегося в Корею оружия составляли излишки и трофеи, оставшиеся от Великой Отечественной войны, но даже эта стоимость была значительна. В некоторых случаях СССР передавал корейским и китайским союзникам новейшие вооружения, например, истребитель МиГ-15, что требовало немалых расходов на фоне послевоенного восстановления экономики и крайней бедности в Советском Союзе.
Как и Корейская война, кампания на Украине ведётся в тени ядерного оружия, которое не применяется, но задаёт рамку. На определённом этапе эскалация приводит к рассмотрению ядерных вариантов. В ходе Корейской войны генерал Дуглас Макартур добивался от президента Гарри Трумэна разрешения на применение ядерного оружия, чтобы избежать угрозы поражения. В наши дни, хотя Запад обвиняет Москву в «размахивании ядерной дубиной», Россия на официальном уровне ни разу не говорила о намерении применить ядерное оружие на Украине и не давала повода предполагать, что такое применение рассматривается всерьёз. Российские заявления, касавшиеся возможной ядерной эскалации, направлены на предотвращение открытого вмешательства НАТО в конфликт (речь, например, об обсуждавшихся в первые месяцы вариантах введения «бесполётной зоны»), они оказались действенными.
Корейская война началась из-за противоречий между двумя корейскими режимами. Хотя крупномасштабную атаку начал Север, в предвоенный период оба корейских режима относились друг к другу с максимальной нетерпимостью и строили планы по установлению контроля над полуостровом. Между ними происходили регулярные вооружённые столкновения (что создаёт параллель с ситуацией в Донбассе в 2015–2021 гг.), многие из которых инициировались Югом, не уступавшим Северу в амбициозности и жёсткости.
Север рассматривал завоевание Юга как необходимый шаг для собственного политического выживания. Опасаясь угроз с Юга, Север опирался на неточную и чрезмерно оптимистичную информацию о внутриполитическом положении противника. Северокорейцы предполагали, что первый решительный и успешный удар приведёт к падению южнокорейского режима, примерно так же, как российские власти переоценили свои возможности по быстрому навязыванию Киеву выгодного России договора о будущем Украины.
 
Война за будущее
 
И Корейская война, и российская спецоперация на Украине пришлись на периоды структурной перестройки системы международных отношений и являются борьбой за право играть роль в конструировании будущего мирового порядка.
Корейская война была важным шагом в создании биполярной системы в свете обозначившегося после Второй мировой войны тренда к американской гегемонии. Если бы США удалось добиться убедительной победы, разгромив коммунистические силы и объе­динив полуостров под контролем режима в Сеуле, возникновение биполярности было бы предотвращено или отложено на неопределённый срок.
Отсутствие убедительной американской победы, несмотря на существенное напряжение сил со стороны Вашингтона (на время Корейской войны были восстановлены некоторые экстренные практики управления экономикой времён Второй мировой, включая директивный контроль над ценами и зарплатами), означало появление у Америки сопоставимого противника. Последующие советские успехи в развитии индустриальной экономики, ракетных и ядерных технологий, установление ядерного паритета лишь закрепили тенденцию.
С другой стороны, не добившись глобальных целей, Соединённые Штаты смогли избежать тяжёлого поражения. Южная Корея была спасена, система американских союзов укреплена, США реструктурировали и усовершенствовали политику в военной и военно-экономической сфере.
В последующие десятилетия Соединённые Штаты находились в обороне, а Советский Союз – в наступлении, распространяя влияние по миру. Тем не менее США были в состоянии защищать своё положение «сверхдержавы номер один» вплоть до того момента, когда в 1970-е гг. СССР начал клониться к упадку.
Последующее крупное изменение мирового порядка – переход от биполярности к однополярности в конце 1980-х – начале 1990-х гг. – не сопровождалось военными действиями по причине односторонней сдачи Советским Союзом своих позиций в мировой политике с последующей самоликвидацией.
Угроза большой войны сохраняется в течение всей переходной фазы в развитии мирового порядка.
То, что война в Корее, будучи, несомненно, уникальным конфликтом для конца 1940-х – начала 1960-х гг., завершилась перемирием, было не закономерностью, а огромной удачей для всего человечества. Несколько кризисов того периода имели реальный потенциал разрастания в полноценную длительную войну, возможно, с последующей ядерной эскалацией.
В рамках украинского кризиса напрямую вовлечённая в него великая держава Россия не является главным двигателем происходящих в мире изменений в балансе сил, хотя вносит свой вклад. Перемены связаны в значительной степени с внутренним ослаблением США, выражающимся в падении их роли в мировой экономике, быстром накоплении долга, росте социально-политической напряжённости, нарастающей дисфункции внутренней политики. На этом фоне развитие Китая привело к появлению альтернативного экономического центра, который, уступая Соединённым Штатам по роли в мировых финансах, номинальному ВВП и развитию ряда технологий, далеко превосходит их по промышленной мощи и быстро сокращает отставание по остальным направлениям. Развитие других незападных держав протекало не с такой скоростью, но также осложняло положение Америки.
Украина воспринимается США как инструмент нанесения стратегического поражения России, своему не самому крупному, но самому жёсткому и активному оппоненту на международной арене. Это поражение должно как минимум устранить Россию в качестве значимого участника международной политики и преподать урок другим возможным оппонентам, а как максимум – привести к смене режима в Москве и надолго закрепить за Соединёнными Штатами статус непререкаемого гегемона. Главными инструментами достижения этих целей были выбраны военное обеспечение украинских усилий и тотальные санкции против России.
После выполнения этой задачи США рассчитывали сосредоточить все ресурсы, свои и своих союзников, на экономической изоляции и военном давлении на Китай. Целью является подрыв экономического роста и внутренняя дестабилизация КНР за счёт перекрытия Китаю доступа к внешним рынкам, источникам технологий и стратегически важным ресурсам. Масштабы КНР как противника позволяют надеяться на успех лишь в условиях полной концентрации всех имеющихся у Соединённых Штатов сил.
США уже понесли существенные потери из-за того, что не смогли удержать Россию от начала специальной военной операции, привести её к быстрому поражению и уберечь партнёра, Украину, от жертв и разрушений. Санкции против России были связаны с крупными экономическими издержками для Запада. Арест российских активов за рубежом подстегнул процесс отказа от доллара и услуг западной финансовой инфраструктуры по всему миру.
Россия сумела избежать экономической и внутриполитической дестабилизации, приступила к милитаризации собственной экономики и увеличению армии. И есть большая вероятность, что по итогам кампании, какими бы они ни были, Россия будет не меньшей, а большей проблемой для США, чем до начала СВО. 
Справедливости ради, надо отметить, что США смогли упрочить свой контроль над Европой и некоторыми ключевыми союзниками в Азиатско-Тихоокеанском регионе, консолидировать собственную элиту вокруг стратегических задач и запустить процесс создания новой военной экономики.
Учитывая масштабы разрушения украинской экономики, возможно, в обозримом будущем Украина превратится из стратегического актива в стратегический пассив, на содержание которого потребуются десятки миллиардов долларов ежегодно.
 
Внутри России спецоперация на Украине стала инструментом радикального изменения внутренней политики, национализации элит, пересмотра основ экономической политики. Скорее всего, эти изменения было бы невозможно произвести в условиях привычной стабильности.
США готовят почву к тому, чтобы конфликт на Украине завершился прекращением огня без всеобъемлющего политического урегулирования по модели Корейской войны. Это не совпадает с планами России по достижению целей специальной военной операции. Как бы то ни было, украинский конфликт станет прелюдией для следующих масштабных военных противостояний в других частях мира.
 
Рождение армий и бесполезность прошлого опыта
 
Как российская, так и украинская армии на раннем этапе конфликта продемонстрировали отсутствие соответствующих ситуации навыков для ведения полномасштабной войны. Ошибки в командовании и обеспечении приводили к значительным потерям обеих сторон.
Проблемой была не только неадекватность существовавших на момент начала конфликта военной науки и тактических наставлений, но и психологическая неготовность командного состава армий, воспитанных прошлой эпохой, к действиям в условиях высоких потерь, постоянной угрозы от высокоточных средств поражения, применения новых средств разведки и управления и к совершенно новой роли политических факторов ведения войны.
Огромный опыт, накопленный крупными странами за десятилетия противоповстанческих кампаний и войн против заведомо более слабого противника, оказался не просто бесполезным, а вредным. Наличие подобной проблемы осознавалось и ранее. В частности, известно, что советское военное руководство сознательно не поощряло изучение опыта войны в Афганистане. За это в период перестройки советские генералы подвергались критике за косность и ретроградство, но теперь ясно, что они оказались правы.
После того, как к началу 2023 г. частичная мобилизация в России привела к исчезновению подавляющего украинского превосходства в живой силе, наблюдавшегося в 2022 г., боевые действия на длительное время приобрели позиционный характер. На протяжении года конфликта обе армии существенным образом трансформировались.
 
На фоне боевых действий и потому ценой значительных потерь в России и на Украине происходило рождение армий, способных действовать в условиях полномасштабной сухопутной войны на технологическом уровне первой половины XXI века.
 
Теперь – с точки зрения тактики и обучения личного состава – армии России и Украины обладают уникальными навыками. Большая война означает необходимость перестройки, настолько глубокой, что её трудно осуществить в стране, которая не имеет подобного недавнего опыта и отягощена багажом всевозможных «гибридных», «антитеррористических», «противоповстанческих», «миротворческих» и «гуманитарных» операций.
Также не исключено, что не имевшие в последние тридцать лет боевого опыта армии азиатских государств (Китай, Япония, Южная Корея, Вьетнам) находятся в лучшем положении для приспособления к новым реалиям – по сравнению с теми, кто провёл эти годы, гоняясь по горам и пустыням за бородатыми мусульманскими мужчинами с ржавыми РПГ-7, искренне считая это войной.
Нападение движения ХАМАС на Израиль 7 октября 2023 г. и последующий вооружённый конфликт подтвердили, что украинская кампания стала вехой в развитии военного искусства. Тактика Армии обороны Израиля, наиболее опытной и одной из самых оснащённых в западном мире, удостоилась уничижительных комментариев со стороны участников боёв на Украине и военных экспертов с российской и украинской сторон. По меркам украинского конфликта израильская разведка на тактическом уровне оказалась, по мнению комментаторов, слабой, отсутствовали как средства защиты от массово применявшихся противником боевых беспилотников, так и навыки личного состава по противодействию им. Практиковавшиеся израильтянами скопления войск и техники на открытой местности плотными массами, размещение артиллерийских орудий на небольшом расстоянии друг от друга и рядом с боекомплектом немыслимы на Украине ввиду эффективности контрбатарейной борьбы и постоянной угрозы беспилотников. Тактика израильской пехоты при действиях в населённых пунктах с позиций опыта боёв в Мариуполе, Соледаре, Бахмуте выглядит как устаревшая.
 
Промышленная политика: возвращение к основам
 
В ходе украинского конфликта вновь подтвердилась мудрость умозаключения Фридриха Энгельса о том, что военное дело – «одна из отраслей крупной промышленности»[4]. Забвение этой истины на Западе из-за переноса производств в страны с низкой стоимостью трудовых ресурсов привело к парадоксальной ситуации, когда коалиция из пятидесяти стран, снабжающих Украину, не смогла обеспечить поступление на фронт артиллерийских боеприпасов в количестве, эквивалентном тому, что давала своей армии Россия.
Но и Россия, потерявшая немалую часть промышленного потенциала за постсоветский период, столкнулась с множеством узких мест в производственной базе. В итоге темпы наращивания военного производства оказались хотя и более высокими, чем у Запада, но далеко не такими, как, вероятно, хотелось бы российским военным.
Сегодня (как, впрочем, и раньше с поправкой на технический прогресс) для успешного ведения боевых действий важно обеспечить возможности не только для наращивания производства высокотехнологичных образцов военной техники, но и для срочного выпуска изделий, относящихся к среднему или низкому уровню технологий, например, грузового автотранспорта, неуправляемых боеприпасов к стрелково-артиллерийскому вооружению, одежды и снаряжения военнослужащих. Нужно помнить, что практически весь имеющийся потенциал обрабатывающей промышленности и добывающих отраслей, а также сельского хозяйства может быть так или иначе задействован в военных целях. А вот большая часть сферы услуг, за исключением транспорта, информационно-телекоммуникационных технологий и медицины, оказывается бесполезной для поддержки военных усилий.
Учитывая доминирование услуг в структуре ВВП современных экономик, показатель ВВП практически бесполезен для оценки военного потенциала страны. Значительная доля услуг в ВВП Соединённых Штатов (около 78 процентов) и ЕС (73 процента) может говорить об их невысоких способностях конвертировать экономическую мощь в военную. Напряжение, которое вызывает снабжение Украины у развитых стран, где только на G7 приходится 44 процента мировой экономики, в противовес России (3,2 процента мирового ВВП при крайне мощных добывающих отраслях, сельском хозяйстве и среднеразвитой обрабатывающей промышленности), подтверждает этот тезис.
 
Так что в свете этого имеет смысл по-новому взглянуть на военный баланс в мире, где объёмы производства в обрабатывающей промышленности одного Китая больше, чем у двух крупнейших экономик G7 (США и Японии) вместе взятых.
 
Возвращение к основам промышленной политики конца XIX – начала XX века, строившейся с учётом возможной необходимости масштабирования военного производства, сейчас обсуждается в крупных военных державах.
 
 
Проблема автономности военного производства
 
Усложнение производственных цепочек, расширение номенклатуры материалов, компонентов и оборудования, используемого при производстве военной и стратегически важной гражданской техники, в настоящее время – в отличие от первой половины XX века – не позволяет ни одной стране достигнуть автономности в военном производстве. США в огромной степени полагаются на сеть союзов среди индустриально развитых стран – не только для объединения военных усилий, но и для выстраивания производственной кооперации в ВПК. Россия менее зависима от кооперации в производстве оружия. Но она не способна обеспечить свои потребности в промышленном оборудовании и – частично – в электронных компонентах.
Китай, возможно, подошёл ближе всего к уровню автономии, которым обладал СССР в период своего расцвета, однако пока не достиг высшей точки, поскольку широко использует импортные компоненты в своих отдельных системах.
Прочие страны в ещё более уязвимом положении. В первую очередь это относится к европейским государствам, военная промышленность которых в случае нарушения международной сети поставок, вероятно, не сможет функционировать в принципе. Зависимость от международного разделения труда в выпуске стратегически важной продукции является серьёзной уязвимостью и систематически используется сторонами для ослабления своих противников.
Соединённые Штаты и Европейский союз, вводя тотальные санкции против России, рассчитывали не только спровоцировать обвал экономики, но и вызвать спад военного производства. Этого не произошло, очевидно, из-за слабого понимания ими устройства российской промышленности и сочувствия к России со стороны многих развивающихся стран (последнее позволило сохранить открытыми часть каналов поставок). В разворачивающейся холодной войне США против Китая особое внимание также уделяется разрушению производственных цепочек – американцы запрещают экспорт в КНР передовых микрочипов и оборудования для их выпуска, а китайцы ограничивают экспорт компонентов и материалов для производства за рубежом солнечных батарей.
В условиях нестабильности великие державы спешат максимально перенести на свою территорию и замкнуть цепочки производства основных видов стратегически важной гражданской продукции и наиболее важных видов вооружения. Способность к самостоятельному производству, даже ценой снижения качества и повышения стоимости, становится важным признаком великодержавности.
 
«Информационные интервенции» в военный конфликт
 
Рост информационного компонента в современных военных действиях значительно повышает возможности поддержки союзников и ведения «войн по доверенности». В последние десятилетия основные силы в области военной техники были направлены на развитие средств разведки, наблюдения, связи и управления. За пределами этой сферы практически все страны, даже великие державы, в огромной степени всё ещё полагаются на технологии эпохи холодной войны.
 
Однако возможности технической разведки, связи и управления кардинально меняют потенциал старого оружия.
 
На Украине США смогли резко повысить возможности ВСУ, создав эффективную систему передачи им данных от своего крупнейшего в мире созвездия разведывательных спутников, от действующих над территориями восточноевропейских стран НАТО самолётов дальнего радиолокационного обнаружения и управления, расположенных там же американских центров радиоэлектронной разведки и киберопераций. Система связи ВСУ зависит от поставляемой США техники и использования американской системы Starlink, аналогов которой у России нет. Эта помощь превосходит по своему значению поставки любых видов летальных вооружений – орудий, танков или ракет.
На начальной стадии украинского конфликта наиболее разрушительные удары наносились украинской стороной, судя по всему, старым советским ракетным комплексом «Точка-У» и столь же старыми реактивными системами залпового огня с использованием западного спутникового целеуказания. Более совершенные системы, в частности HIMARS, появившиеся позже, не показывали кардинально большей эффективности, поскольку ключевыми факторами, от которых эта эффективность зависела, были поток разведывательных данных с западных спутников и уровень российского противодействия (ПВО, маскировка, рассредоточение, фортификация). Поток данных существенно не изменился, в то время как российские ПВО, РЭБ усовершенствовались, повысилось искусство маскировки и рассредоточения войск.
Информационный компонент позволяет Западу самым серьёзным образом воздействовать на ход военной кампании, предоставляя украинской стороне разведданные в реальном времени, давая в пользование свою инфраструктуру связи. Это не провоцирует эскалацию – но только до тех пор, пока политики и военные продолжают мыслить в текущей парадигме. «Нелетальное» участие в конфликте влечёт тяжёлые потери, и рано или поздно это приведёт к тому, что элементы информационной инфраструктуры, задействованные в конфликте, будут объявлены законной целью – независимо от их происхождения.
 
Эволюция пропаганды
 
Важным отличием конфликта на Украине от всех предыдущих является совершенно новый уровень развития медиасферы с резким сужением для воюющих сторон возможностей контроля над потоками информации.
Пропагандистские аппараты крупных стран легко справлялись с новой реальностью медиасферы в условиях «гибридных» конфликтов со слабо вооружённым противником. Во-первых, интервенты имели все возможности для управления ходом и интенсивностью войны. Такие травмирующие психику общественных масс события, как гибель и окружение целых подразделений, попадание военных в плен к противнику, можно было свести к минимуму. Во-вторых, если дела принимали плохой оборот, то можно было сделать то, что сделали США в Афганистане – бросить всё и уйти. В полномасштабном конфликте это невозможно. Здесь с первого и до последнего дня боевые действия сопровождаются тяжёлыми потерями, травмами и неудачами для обеих сторон, как для побеждающей, так и для проигрывающей.
 
В новой медиареальности скрыть крупные неудачи и недостатки невозможно. Их можно только признавать, быстро идентифицировать, объяснять и демонстрировать волю к исправлению.
 
Россия в ходе СВО первой поняла это и сделала главным инструментом пропаганды сотни телеграм-каналов, каждый из которых ориентирован на свою аудиторию, по-разному подходит к освещению хода боевых действий, но все они поддерживают военные усилия и способствуют сплочению вокруг основных целей кампании.
Российский подход, вероятно, сформировавшийся под влиянием обстоятельств, имеет массу недостатков, включая быстрое распространение непроверенных данных, периодические вспышки паники, использование децентрализованной сети информационных ресурсов во внутриполитической борьбе. Но его плюсами является откровенный диалог с миллионами пользователей тех же телеграм-каналов, донесение практически в режиме реального времени до людей вне зоны СВО важной информации о происходящем. А это значит, что связь с обществом установлена.
Западный (и украинский) подход к ведению военной кампании в медиапространстве иной. Социальные сети и мессенджеры используются, но основное внимание сосредоточено на массированной пропаганде через традиционные СМИ с опорой на авторитет ведущих западных так называемых независимых изданий. Они вынуждены систематически публиковать легко разоблачаемую дезинформацию, которая впоследствии становится очевидной для аудитории, что приводит к подрыву доверия. Впрочем, то же самое делают западные и украинские политики.
Внутри Украины в ходе конфликта произошло ужесточение военной цензуры, централизация контроля над СМИ со стороны властей, введён фактический запрет на обсуждение хода военных действий в социальных медиа, жёсткий контроль над любым распространением информации о разрушениях, о результативности российских ударов на фоне явно завышенных заявлений об эффективности украинской ПВО. Обеспокоенность масштабом пропаганды и подозрения, что реальность является не совсем такой, как её рисуют СМИ, есть даже в странах Запада, поддерживающих Украину.
 
Последствия больших войн для общества и экономики
 
Полномасштабные боевые действия, подобные СВО, в отличие от «гибридных» войн 1990–2010-х гг., не позволяют обществу «спрятаться» или «закрыться» от их влияния. Они являются серьёзной психологической травмой для людей, разделяя течение времени на «до» и «после» конфликта. Неизбежное вовлечение в военную кампанию значительных масс – в результате призыва, мобилизаций или вербовки контрактников из всех групп населения – превращает происходящее в общенародное дело.
Подобное невозможно без консолидации общества вокруг объе­диняющих идей, которые не могут сводиться к общим, хотя и важным ценностям, вроде патриотизма и «защиты территориальной целостности». Обязательная государственная идеология запрещена российской Конституцией, её первой главой, изменение которой требует принятия нового Основного закона. В реальности, однако, государственная идеология начала формироваться стихийным образом после 2014 г., а с началом СВО процесс ускорился. Какие-то идеи начали получать законодательное оформление (например, консервативное законодательство), другие воспринимаются обществом как новые общепринятые нормы, нарушение которых вызывает крайне враждебную реакцию (сюда можно отнести утвердившиеся в обществе взгляды на исторические достижения СССР и роль Советского Союза во Второй мировой войне).
Неготовность части российского общества принять новые правила и новую систему ценностей привела некоторых к эмиграции. Вероятно, эта тенденция послужит фактором обновления российской элиты.
 
То же происходит и на Украине.
 
Массовые армии: положительный момент
 
Невозможность ведения боевых действий малыми профессиональными армиями, превращение их в общенародное дело, как это было с середины XIX по середину XX века, должно привести к возвращению ряда старых политических приоритетов, и тренд не стоит рассматривать в категорически негативном ключе. Например, позитивным моментом эпохи массовых армий было внимание большинства правительств к развитию всеобщего образования, поскольку школа рассматривалась как важнейший элемент подготовки и воспитания будущего солдата, от которого зависело выживание государства. С появлением массовых армий во многом связано и развитие здравоохранения в конце XIX – начале XX века, а также внимание к массовому спорту (в отличие от спорта высоких достижений, превратившегося в период холодной войны в разновидность шоу-бизнеса). В начальной стадии все эти тенденции проявляются уже сейчас в России.
 
Индустриально-технологическая база
 
В сфере экономической политики необходимым атрибутом великой державы вновь становится, как мы уже упоминали, мощная индустриальная база, способная обеспечить в условиях нарушения внешних связей устойчивое функционирование военно-промышленного комплекса и стратегически важных отраслей. В случае России ключевой задачей, на решение которой направлены значительные усилия, является восстановление станкостроения и микроэлектронной промышленности.
В новую эпоху государство должно отдавать приоритет не только промышленности, но и сельскому хозяйству, отрасли информационно-коммуникационных технологий, транспорту.
 
Жизненно необходимо увеличить инвестиции в науку и образование.
 
Это важно как для внутреннего развития в условиях нарушения внешних связей и сокращения возможностей международного сотрудничества, так и для повышения интеллектуального уровня призывников, поступающих в армию.
Во время СВО стало понятно, что произошло удешевление и массовое распространение средств для нанесения дальних высокоточных ударов. Например, беспилотники-камикадзе с дальностью в сотни и даже тысячи километров стоят в диапазоне от тысяч до десятков тысяч долларов. Такое оружие потенциально легкодоступно и для негосударственных игроков.
В свете этого стоит переосмыслить подходы к безопасности инфраструктуры, резервированию критически важных объектов и систем, развитию системы противовоздушной обороны. Предстоит по-новому взглянуть на систему гражданской обороны – как с точки зрения строительства специализированных защищённых объектов, так и в плане обучения населения и совершенствования системы государственного управления.
Мощная орбитальная группировка – не только важнейший фактор эффективности собственных вооружённых сил, но и идеальное средство влияния на баланс сил и ход военных действий в любой точке мира, что также стало очевидным в ходе СВО. Способность предоставить своим или союзным войскам в реальном времени разведывательные данные и целеуказание со спутников, обеспечить их надёжной космической связью позволяет существенным образом изменять ход войны без всякого риска и при умеренных расходах. Космос как средство глобального влияния и проецирования силы заменяет и во всех отношениях превосходит традиционный инструмент – военно-морской флот. Как представляется, наращивание космической мощи должно быть важнейшей целью государства, исходя как из нужд национальной обороны, так и из потребностей внешней политики.
 
Дивный новый мир
 
Перераспределение власти и влияния в мире, изменение соотношения сил между крупными державами становится катализатором крайне острых противоречий. Факторы, заставлявшие великие державы избегать эскалации в прошлом, ослабевают. Перед этими странами впервые с 1960-х гг. возникает реальная угроза крупномасштабных неядерных конфликтов против сопоставимого противника. Такие столкновения сопряжены с ростом угрозы ядерного конфликта, но необязательно должны завершаться применением ядерного оружия. Ядерное оружие скорее устанавливает географические и политические рамки, в которых великие державы ведут такие войны, а также накладывает ограничения на применение отдельных видов неядерных вооружений.
Вооружённые силы, сформировавшиеся после холодной войны, не отвечают новому уровню военных угроз. Требуется значительное количественное наращивание современных армий. Более того, конфликты, подобные украинскому, не могут, как показал опыт и России, и Украины, целиком вестись военными формированиями, комплектуемыми по добровольному принципу. Мобилизация населения в вооружённые силы становится неизбежной, как и сохранение и расширение практики призыва граждан на службу.
Угроза большой войны и политически мотивированного разрыва экономических связей неизбежно станет катализатором процесса диверсификации мировой финансовой системы, постепенного возникновения нескольких, разных по потенциалу, но относительно самостоятельных центров роста промышленности и технологий. Каждый из них будет представлять собой альянс разных по мощи государств, идущих по пути экономической и промышленной интеграции и стремящихся к расширению.
Для малых и средних стран естественным будет желание как можно дольше сохранить максимальную политическую автономность за счёт максимальной диверсификации внешних связей. Они попытаются образовывать коалиции для противостояния давлению великих держав, пытающихся принудить их сделать выбор. Возможно, такие «малые и средние» коалиции со временем начнут эволюционировать в «военно-экономические» альянсы и вступать в конкуренцию друг с другом вокруг великих держав.
Каждый центр будет стремиться обзавестись собственной выраженной идеологической и ценностной платформой, которая в разных странах и группах стран составит сочетание политических концепций, идеологий и национализма в различных пропорциях. Повышение роли идеологии способствует отчуждению центров друг от друга, углублению линий раскола и сокращению пространства внешнеполитического манёвра для правящих элит. Всем крупным странам придётся прибегнуть к идеологизации внешней и внутренней политики с ограничениями диапазона разрешённых мнений и свободы слова (тенденция наблюдается у всех крупных игроков в мировой политике).
Преобладающей формой конфликта великих держав становятся «войны по доверенности нового типа», при которых великая ядерная держава предоставляет клиенту доступ к своим информационным возможностям (спутниковая разведка и целеуказание, инфраструктура связи и прочее), а также военной технике и экспертизе, при необходимости осуществляя и собственное ограниченное вмешательство в конфликт там, где это не может вызвать ядерной эскалации. Но угроза прямого столкновения великих держав и ядерной войны сохранится и станет, вероятно, даже более острой, чем в холодную войну. Ключевая задача дипломатии – выработка инструментария, который позволит пережить десятилетия турбулентности без атомных бомбардировок. Это возможно лишь в рамках жёсткого внешнеполитического реализма и постепенной выработки правил и ограничений конкуренции.

 

 

Теги Третья мировая война
Белоусов и попытка ревизии Путинизма на фоне СВО и саркомы государственной ткани
Белоусов и попытка ревизии Путинизма на фоне СВО и саркомы государственной ткани
Мир в полнолуние...?
Мир в полнолуние...?
Если вы купили ненужную вам козу ...
Если вы купили ненужную вам козу ...
Игорь Сечин как призрак бродит... Или вопросы деприватизации по Сечину.
Игорь Сечин как призрак бродит... Или вопросы деприватизации по Сечину.
Хоть чучелом, хоть тушкой... Или не более двух сроков подряд...
Хоть чучелом, хоть тушкой... Или не более двух сроков подряд...
Ослольвы как новые украинские Наполеоны.Или когда лев уехал на сафари
Ослольвы как новые украинские Наполеоны.Или когда лев уехал на сафари
Оппенгеймер: отравленное яблоко, ядерная бомба и НКВД
Оппенгеймер: отравленное яблоко, ядерная бомба и НКВД
Тимур и его команда. Увидит ли Шойгу небо в клеточку?
Тимур и его команда. Увидит ли Шойгу небо в клеточку?
РУССКОЕ БАРСТВО – МОРАЛЬНЫЙ СИФИЛИС XXI ВЕКА.Или кто и как захватил Россию!
РУССКОЕ БАРСТВО – МОРАЛЬНЫЙ СИФИЛИС XXI ВЕКА.Или кто и как захватил Россию!
"Спаситель мира" в 1958 г., когда его продали на аукционе Sotheby’s стоил смешные £45
"Спаситель мира" в 1958 г., когда его продали на аукционе Sotheby’s стоил смешные £45
Microsoft представила VASA-1, которая быстро превращает обычные изображения в видео с говорящими лиц
Microsoft представила VASA-1, которая быстро превращает обычные изображения в видео с говорящими лиц
Украина для Европы становится чемоданом без ручки. Или евреи Израиля показали свое истинное звериное
Украина для Европы становится чемоданом без ручки. Или евреи Израиля показали свое истинное звериное
Звездные войны: может ли ракета-носитель «Ангара» стать конкурентом Falcon 9
Звездные войны: может ли ракета-носитель «Ангара» стать конкурентом Falcon 9
Новая реальность коммуникаций. Фиджитал рядом с нами
Новая реальность коммуникаций. Фиджитал рядом с нами
Стратег Диванного Легиона. Или возможно другая концепция ведения СВО
Стратег Диванного Легиона. Или возможно другая концепция ведения СВО
Золотое ралли с обычными откатами.Физические лица стали раскупать через банки золото, и у нас практи
Золотое ралли с обычными откатами.Физические лица стали раскупать через банки золото, и у нас практи
Ждем доллар по 130? А этот вопрос решается просто тремя телефонными звонками из ЦБ.
Ждем доллар по 130? А этот вопрос решается просто тремя телефонными звонками из ЦБ.
Стоит ли русским бояться таджиков?
Стоит ли русским бояться таджиков?
Большой куш. Или макароны вне закона. Или Михаил Юревич в роли Шуры Балаганова.
Большой куш. Или макароны вне закона. Или Михаил Юревич в роли Шуры Балаганова.
Теракт в Крокус Сити Холле – кто заказчик? Или Теракт в Крокус Сити Холле – это еще цветочки!
Теракт в Крокус Сити Холле – кто заказчик? Или Теракт в Крокус Сити Холле – это еще цветочки!
Крокус. Грандиозный скандал который пытаются замять!
Крокус. Грандиозный скандал который пытаются замять!
Увидеть Тимбукту и умереть. Или Диснейленд для больших мальчиков.
Увидеть Тимбукту и умереть. Или Диснейленд для больших мальчиков.
Алан Уотс "Книга о табу на знание о том, кто ты есть"
Алан Уотс "Книга о табу на знание о том, кто ты есть"
«Чем больше охраны тем более причудливыми должны быть ваши методы побега». Или побег как стиль жизни
«Чем больше охраны тем более причудливыми должны быть ваши методы побега». Или побег как стиль жизни
Спаситель мира
Спаситель мира
"Спаситель мира" в 1958 году, когда его продали на аукционе Sotheby’s стоил смешные £45.
Фотоннный отражатель
Фотоннный отражатель
Во всем мире политическая сатира - это инструмент общества, который нивелирует ошибки политических персоналий и их деструктивных действий. И кстати хорошо оплачивается! Но, не у нас!
Альтернативная история мира
Альтернативная история мира
ТОЧКА ВХОДА…Или ЭПОХА СУРКА…Или Кто Мы? Зачем Мы? Откуда Мы?
Поющий волк
Проект - поющий волк
Мы просто балуемся)
Мир в полнолуние
Мир в полнолуние...?
Парjход с которого нет возможности сойти.
"Книга о табу на знание о том, кто ты есть"
Познай себя
"Книга о табу на знание о том, кто ты есть"
Побег как стиль жизни
Люди и события
Побег как стиль жизни
WSJ узнала о планах Samsung вложить в производство чипов в Техасе $44 млрд.
Новости экономки
WSJ узнала о планах Samsung вложить в производство чипов в Техасе $44 млрд.
Создание своих танкерного и контейнерного флотов потребует двух триллионов рублей
Новости экономки
Создание своих танкерного и контейнерного флотов потребует двух триллионов рублей
Такси за четыре таблетки до продцедурной комнаты ...
Мир сошел с ума
Такси за четыре таблетки до продцедурной комнаты ...
 

Фото дня 02

 

Олимпийский огонь.

В Парижской мэрии приняли носительницу олимпийского огня

Первый помощник мэра Парижа Эммануэль Грегуа. 


Всё что связано с интеллектом )

Мышь на приеме у психиатра:
- Я влюбилась в слона.
- В слона или слониху?
- За кого вы меня принимаете?

 

 

 

 

 

 

 

Новая информация за последний период
Белоусов и попытка ревизии Путинизма на фоне СВО и саркомы государственной ткани

Мир в полнолуние...?


Хоть чучелом, хоть тушкой... Или не более двух сроков подряд...


Ослольвы как новые украинские Наполеоны.Или когда лев уехал на сафари


Оппенгеймер: отравленное яблоко, ядерная бомба и НКВД


Тимур и его команда. Увидит ли Шойгу небо в клеточку?


РУССКОЕ БАРСТВО – МОРАЛЬНЫЙ СИФИЛИС XXI ВЕКА.Или кто и как захватил Россию!


Вагнер. Существование компании и проблемы бойцов

 

паситель мира" в 1958 году, когда его продали на аукционе Sotheby’s стоил смешные £45.
 

Как хорошо мы плохо жили...И про ежика с дырочкой в правом боку ребенку больше петь нельзя.

 

 

 

 

 

 


 


 

Телефон ; E-mail: