Предложения РФ ставят своей целью оградить национальные интересы безопасности России и попытаться возродить безопасность общеевропейскую в том виде, в котором мы ее знали. Ведь на сегодняшний день от системы европейской безопасности фактически осталась одна оболочка в виде ОБСЕ.
В идеале необходимо, чтобы НАТО отказалось от политического заявления бухарестского саммита 2008 года о намерении в неопределенном будущем принять в свои ряды Украину и Грузию; чтобы США вывели ядерное оружие из Европы и перестали сосредоточивать вооружения (в т.ч. обычные) у российских границ. Если удастся добиться такого развития, это можно будет считать серьезным шагом вперед.
Если посмотреть на названия двух документов, что мы опубликовали, а перед этим в установленном порядке передали партнерам, то можно увидеть, что один из них адресован США, а другой — странам — членам НАТО. Подчеркиваю: странам-членам, а вовсе не НАТО как организации. Если же посмотреть на реакцию наших коллег в Евросоюзе, в частности главы внешнеполитической службы ЕС Жозепа Борреля, который каждую неделю прикладывает руку к своему блогу, то там кто-то мог бы усмотреть элементы обиды. Но я считаю, что это скорее не вполне верное понимание сути наших предложений и того, что является их центральным элементом.
Естественно, сейчас идет очень много разговоров о расширении НАТО, включении или не включении в него Грузии и Украины. Я же считаю, что не следует упускать из виду другой ключевой момент этих предложений — вывод ядерного оружия США с территории европейских стран. Поэтому совершенно понятно, что по подобным сюжетам основным адресатом является не столько НАТО и уж точно не Евросоюз, сколько Соединенные Штаты Америки.
Проблема в том, что в последние годы, пока еще проводились заседания СРН, все они сводились, по сути, к обсуждению только двух вопросов: первый — Украина, второй — Грузия. Ну и как производная от них — военная транспарентность в Европе. Фактически именно поэтому работа СРН в свое время практически утратила смысл.
Что касается заявления Столтенберга, то более чем странно слышать такие формулировки после того, как натовцы фактически спровоцировали полный демонтаж отношений с Россией. Они совершенно волюнтаристски вычеркнули из диплиста половину сотрудников постпредства России при альянсе, остававшихся в Брюсселе уже после трех волн сокращений его состава. После этого лить крокодиловы слезы и говорить, дескать, как жалко, давайте все-таки проведем заседание СРН, это по меньшей мере несерьезно.
По сути, это делается в чисто пропагандистских целях, чтобы продемонстрировать, что Россия уходит от диалога. Точно так же было с Договором о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД), из которого вышли США, но обвинили в его разрушении Россию, с Договором по открытому небу (ДОН) и многими другими эпизодами.
Реакция НАТО, выраженная во всех заявлениях Столтенберга, — это фактически механическое воспроизведение многократно ранее озвученного тезиса. Что, дескать, никто не имеет права указывать Украине и Грузии, должны ли они вступать в НАТО или нет. Возможно, нам следовало совершить более резкий демарш еще в 2008 году, когда состоялся бухарестский саммит НАТО, где было заявлено о будущем членстве в альянсе этих двух стран. Но нас тогда успокаивали: конкретная дата ведь не объявлена, План действий для членства им не предоставили и т.п. Хотя все это слабое утешение. И в итоге эта формула получила жизнь, стала предметом многочисленных спекуляций, причем не только в Киеве и Тбилиси, но и здесь, в Брюсселе, в других столицах.
Если говорить конкретно, то это решение НАТО является нарушением обязательства, под которым подписались лидеры всех государств ОБСЕ, в том числе и лидеры всех государств НАТО, в 1999 году в Стамбуле. В принятом тогда документе — Хартии европейской безопасности — прямо говорилось, что ни одна страна-подписант не будет добиваться укрепления собственной безопасности за счет безопасности других государств.
То же самое, в принципе, можно сказать абсолютно обо всех этапах расширения НАТО. Мы ведь всегда были последовательно против этого. В том числе в советские годы Москва выражала такую позицию, когда в НАТО принимали далекие от нас Испанию и Португалию.
Нынешняя инициатива России в сфере безопасности не первая. Относительно недавно — в 2008 году — мы предложили партнерам подписать Договор о европейской безопасности (ДЕБ). Вложили в него массу идей, труда экспертного и дипломатического сообществ, была даже специальная группа у нас в МИД.
В ответ от стран НАТО и Запада в целом мы услышали, что эти инициативы красивые, но совершенно не подходят, ибо гарантии безопасности могут даваться только странам — членам НАТО. Прочие могут вступать или не вступать в альянс, это их дело. То есть, с их точки зрения, ни о каких гарантиях безопасности за пределами НАТО речи быть не может.
У меня есть серьезные подозрения, что эта мысль в коллективном натовском восприятии действительно не претерпела изменений. Нельзя исключить вероятности того, что и нынешние российские инициативы могла бы ожидать судьба ДЕБ, который западные страны по факту просто отказались обсуждать. Однако сейчас резерв времени практически исчерпан, и нашим партнерам/оппонентам самое время определиться.
Что же касается встречных гарантий, то на всем протяжении своей новейшей истории Россия, несмотря на бурное и не всегда позитивное развитие обстановки, сомнительные с международно-правовой точки зрения шаги наших партнеров, оставалась ответственным членом международного сообщества и одним из главных защитников Устава ООН. Это уже само по себе является универсальной гарантией. Возможные дополнительные договоренности, очевидно, будут обсуждаться профильными специалистами и экспертами, облеченными соответствующими полномочиями.
